Прямо скажем – хорошо, что франшиза о симбиоте Веноме и его невольном носителе журналисте-расследователе (в первых двух фильмах) Эдди Броке в исполнении Тома Харди закончилась. Хорошо потому, что уже в третьем фильме, который неделю назад вышел на киноэкраны, вся эта история настолько выдохлась, что за ее создателей было просто неудобно – а ведь как всё хорошо начиналось в первом фильме…
Правда, кинокритики раскритиковали все три фильма франшизы, но мы с ними согласны (что бывает нечасто) только насчет третьего. Исчерпав золотую жилу взаимоотношений Брока и Венома (в первом фильме похожего на несмышленого котенка с возможностями тигра), они скатились в стандартную тему кинокомисков – злодей Налл, создатель симбиотов, ими же заключенный в вечную тюрьму, посылает ксенофага, а потом и других примитивных чудовищ, низшего по сравнению с симбиотами разряда, чтобы добыть Кодекс, который освободит его.
Кодекс, как и другие аналогичные предметы в кинокомиксах, при этом почему-то заодно уничтожит и всю Землю, так что ставки высоки. А поскольку Кодекс, обладателями которого являются Брок и Веном в одном лице, можно забрать у них только тогда, когда они вместе, Веном отделяется от Брока и в конце фильма, всю вторую половину которого он вместе с другими симбиотами, дерется в ксенофагами, погибает.
Финал этот очень напоминает финал второго “Терминатора” и это не случайно – режиссер Келли Марсел, которая была сценаристкой двух первых “Веномов” как бы подмигивает зрителю – мол, не надо воспринимать всё это всерьез. Для этой же цели в фильме появилась семья путешествующих пожилых хиппи и такие хиты 70- годов как Wild Word от Кэта Стивенса и Dancing Queen от ABBA.
Но фильм это не спасает.
Фото: IMDb
